ЮРИЙ БЕЛОЙВАН
персональный сайт
Я не стараюсь быть разносторонней, или, как говорят
неординарной личностью. Просто хочу быть счастливым.
Счастье для меня – это гармония творчества, учёбы, здоровья,
работы и Бога. Если это есть – есть гармония, а значит, и Счастье.
Гостевая книга


ОБЪЯВЛЕНИЕ НА ФРАНШИЗУ
"КОРЧМА ТАРАС БУЛЬБА"

Дедушка

ДедушкаВот от кого не ожидал, так от Олега! И как его угораздило?! Новость эта не укладывалась в голове. Ничего особенного не случилось. Это происходит почти со всеми. Происходит рано или поздно, за редким исключением. Но ведь именно таким исключением, по мнению Саши, должен был стать Олег. А он просто взял и не стал. В 48 лет он не просто женится, он венчается в церкви. Саша набрал номер, но трубку на том конце никто не взял.

«Да,— думал он,— интересно будет на все это посмотреть.»
Вчера ему позвонил знакомый и сказал, что встретил Олега и тот пригласил их на венчание. Правда, не уточнил время, просто в субботу. Саша опять набрал номер.
— Алло! — ответила трубка.

— Олег? Здравствуй! — Саша сделал паузу, не зная, с чего начать, поздравлять человека или нет. — Мне сказали, ты венчаешься? — продолжал он.
— Ну-у-у, да,— ответил Олег после паузы.
— Вовик сказал, ты пригласил нас. Во сколько?
— Знаешь, Саня,— сказал Олег,— ты не обижайся, но я только Вовика пригласил. Понимаешь, там Ольга твоя будет, и Юля против. Ну, ты понимаешь? — мямлил Олег. — В общем, я не могу тебя пригласить. Ты не обижайся.
— Ну, нет, так нет! — сказал Саша как-то особенно бодро. — Хотя мог бы и пригласить сына. Ладно, давай, не парься,— и повесил трубку.

Вот так номер! «Ольга будет», «Юля против»! И кто это говорит? Олег?
Они познакомились лет десять назад в спортивном клубе. Олег сам подошел к нему и запросто так познакомился. Тогда к Сашиной девушке приехала подруга. Она приехала из их города. Ее звали Эмма. Хотелось все показать ей, и они с Ольгой водили ее везде. Взяли и в спортклуб. И Олег подошел к ним, познакомился и пригласил куда-то. Он совсем, как тогда казалось, не комплексовал. Сам он приходил с дамой, своей сверстницей, и с девушкой лет 20-ти. Ходили они вместе, и Саша подумал, что это муж, жена и взрослая дочь. Как оказалось позже, он ошибся. Со взрослой дамой Олег жил раньше, а с молодой сейчас. И все у них было хорошо, во всяком случае, так казалось. Вот Олег оставил свою «команду» и пошел знакомиться. Так они и начали общаться.

Саша тогда только приехал в Москву, мало кого знал и нигде не был. Олег был старше на восемь лет. Казалось, он знал всех, а все знали его. Он показал Москву. Вернее, все ее модные и злачные места.
В любую погоду любого времени года на нем был костюм с идеально белой рубахой и вызывающе дорогим галстуком. Он постоянно был загоревшим. На его руке блистал крупный золотой «Ролекс» с бриллиантами. У него еще был такой огромный сотовый телефон «Моторолла». Стригся Олег всегда одинаково. Как потом выяснилось, у одной и той же бабки из «Чародейки», уже много лет. Усов и бороды не носил. Не носил по той причине, что они просто не росли у него. Вернее, росли очень слабо.

Однажды Саша ночевал у Олега и хотел побриться. Станок Олег еще нашел, а вот пены не было.
— А ты голову будешь мыть? — спросил Олег.
— Ну да,— ответил Саша.
— Так с головы и возьми пену! — предложил Олег.

Так вот он и брился пеной от шампуня для волос. На ногах у Олега волос тоже не было, и все девушки в спортклубе думали, что он делает эпиляцию. А на самом деле они ему просто завидовали.
Создавалось впечатление, как будто человек только что приехал из Калифорнии. Именно приехал, а не вернулся.
Правда, все это не мешало ему напиваться почти ежедневно.

С ним Саша попробовал почти все легкие наркотики и «тяжелые» напитки. Когда Олег узнал, что Саша некрещеный, он предложил быть его крестным и все устроил.

Саша не отказался. Правда, решить было легче, чем исполнить. Обряд был утром, а они тогда раньше восьми утра домой не попадали. А пойти в таком виде в церковь даже у Олега наглости не хватало.
Но однажды все срослось и получилось. Олег стал его крестным отцом не в смысле, как в фильме, а в плане теологическом. Происходило все в Елоховском Богоявленском соборе.

Там есть специальное место для крещения с купелью. В ней взрослые ныряют с головой, как и положено. Очень пожилой священник с трудом дотянулся до Сашиной макушки и выстриг слишком много волос. Он, кстати, тоже был знакомым Олега.
Ближе друга у Саши не было. Они виделись каждый день, и ночью они виделись тоже. И вот теперь «не обижайся, Юля против»! Хотя прошло десять лет, и за это время многое случилось.

Случилось действительно много чего. У Олега была патологическая способность попадать в различные истории и неприятности. Рождались эти ситуации на ровном месте, а закончиться могли как угодно. Москва тех лет кипела и бурлила. Со всего бывшего СССР сюда съезжались бандиты, артисты и аферисты. Город напоминал огромный конкурс «Алло, мы ищем таланты!». За несколько месяцев можно было стать миллионером или попасть на кладбище. Олегу каким-то непостижимым образом удавалось балансировать посередине. Частенько рядом оказывался Саша.
Как-то они до утра играли в пул в одном очень модном тогда клубе. Играли не просто, а на деньги, конечно. Их соперниками стали какие-то непонятные люди. Саша не помнил, как их звали. Помнил только уродские костюмы с отливом и руки в синих наколках. Там было все: и перстни, и различные аббревиатуры, были цифры, не до конца раскрывающие год рождения. 195..?, например.

Это сейчас таких вряд ли пустят в приличное место. А тогда если бы их не пускали, свято место было бы пустым. Игра шла нешуточная. За ночь эти ребята проиграли несколько тысяч. По ним было видно, что они не привыкли вот так запросто прощаться с деньгами, от чего и пребывали в легком недоумении. Недоумение это было усилено большим количеством спиртного и частыми групповыми походами в туалет. Вернувшись, все четверо дружно шмыгали носами и периодически ощупывали их, как бы удивляясь, что нос до сих пор на месте.

А разговор меж тем становился все неприятней. То и дело разгорались споры из-за правил, каких-то мелочей. С каждым разом становилось все трудней переводить все в шутку или находить варианты, устраивавшие обе команды. Они играли парами: Олег и Саша против двух людей в костюмах с отливом. И вот когда летнее солнышко заглянуло к ним в окно и стало противно и стыдно, что все люди давно спят, а они нет (а может, были и другие причины), слово за слово и понеслось. Олег заспорил с одним из соперников и то ли послал его, то ли еще что-то. Вдруг у того парня, который говорил с ним, началась истерика, и он заорал на весь клуб: «Гоша! Плетку!».

Может, кто-то и не понял, зачем Гоша должен принести плетку в восемь утра. Саша даже был уверен, что наверняка существуют люди в этом зале, которые не знают, что с плеткой делают, но он-то знал точно. Саша проводил взглядом Гошу. Тот вышел из клуба и подошел к стоящей рядом с входом белой «девятке». Он открыл дверь, вынул из-под сиденья предмет, не похожий на плетку, но очень похожий на «ТТ». Потом, покачиваясь из стороны в сторону (он был сильно «уставший»), двинулся обратно ко входу. Там его встретила охрана и предложила какой-то вариант, с которым Гоша, видимо, согласился. Он позвал остальных, помахав им рукой через витрину. Все это Саша наблюдал через стекло, и от увиденного было невесело. Нужно было что-то делать. Недавние соперники по настольной игре сообщили Олегу, что будут его сейчас ВАЛИТЬ.

И эта новость Саше не понравилась. Он двинулся к телефону и хотел позвонить похожим на соперников людям. До знакомства с Олегом Саша работал с одной командой. Они занимались любыми вопросами, за которые платили деньги. И закатать этих четырех уродов в асфальт не было большой проблемой. «Главное, что бы хоть кто-нибудь был дома»,— думал Саша, подходя к телефону-автомату. Но подскочили охранники и вытащили его на улицу. После чего удалились, учтиво кланяясь и приговаривая: «На улице разбирайтесь!»

— Слушай,— обратился к Саше Гоша,— ты по виду пацан нормальный. Отойди. У нас к тебе вопросов нет. А вот дружок твой — барыга,— он выразительно посмотрел на «ТТ», торчащий из-за пояса, и на дверь. Оттуда выходил Олег в сопровождении людей в костюмах.
— И как я отойду, если я такой нормальный? — сказал Саша Гоше. Но тот уже не слушал и схватился за рукоятку пистолета, но, видно, он был уставший и медленный. Саша успел его схватить за руку:
— Подожди,— сказал он,— он нормальный пацан, не стоит!

— Да мне по херу! — прошипел Гоша и попытался вытащить «ТТ».
Саша держал его руку. Гоша напрягся, и вдруг у него из носа потекла кровь. Он опять ощупал себя за нос и размазал все по лицу.
— Он тебя ударил? — заорал один из парней.

Все стало еще хуже. Как будто где-то зимой в тайге, когда мороз –30?. Проваливается человек в речку под снегом. Удается выползти, но лыжи под водой, а до избушки несколько километров. И человек бежит к избушке. Бежит и с каждым шагом ощущает, как покидают его силы. Последние сто метров он проходит, как в тумане. Входит в избушку. Он промок и промерз, и для того, чтобы остаться жить, ему нужно зажечь печку. Дрова на месте, он ищет спички.

В тайге люди оставляют в таких избушках небольшие припасы тем, кто придет потом. Человек находит спички — их всего три. Руки плохо слушаются, пальцы почти не гнутся. Он чиркает спичкой. «П-с-с-с»,— говорит спичка, пускает незаметный дымок и не загорается. Теперь их остается всего две. А сил уже совсем не остается. А вторая спичка делает то же, что и первая. И вот осталась одна спичка. И этот человек вдруг понимает, что все его планы, любовь, надежды, мечты, вся его жизнь, все, что он думал и ждал от своей жизни,— все это стоит одну спичку. Именно стоит, а не зависит! Правда, когда человек замерзает, мысли у него текут медленно, как густое масло на морозе. И чем сильнее замерзает человек, тем медленнее его мысли. И от этой медленной текучести становится как-то не страшно и даже как бы безразлично. И наступает минута, когда человек вдруг перестает сопротивляться и просто засыпает. Засыпает, чтобы не проснуться никогда. Но Саша соображал очень быстро, и чем быстрее работала его мысль, тем яснее становилось, что кончится все плохо.

— Не, все нормально,— сказал вдруг Гоша,— это у меня от «кокса».
Это его «нормально» на какую-то секунду дало надежду, что все еще действительно может быть нормально.
— Пацаны, а в чем проблема? — спросил Саша как можно более уверенно.
— Да вы проиграли последнюю партию! А этот,— он показал на Олега,— не согласен, еще и на хуй меня послал!!!
— Значит, весь кипеш из-за 200 долларов!? — опять спросил Саша. Они играли по $200 за партию.
— Не только,— сказал инициатор ссоры,— он еще послал меня.

— Извини, пожалуйста. Вырвалось! — вдруг вставил Олег.
Саша уже вздохнул с облегчением. Отдать двести от нескольких тысяч было делом не сложным. Но Олег не закончил:
— А денег я не дам ни хера! Мы не проиграли, сам ты проиграл!
— Вот видишь! — сказал Гоша и опять полез за пояс.

— Помолчи! — Саша почти крикнул на Олега. От неожиданности тот замолчал.
— Давайте, пускай он в машине посидит! — предложил Саша,— он не уедет, пока мы не договоримся.
Вдруг Саша вспомнил, с ними был их товарищ, директор завода из Сибири. Саша повертел головой, Дима стоял рядом. Вид у него был очень перепуганный. Он стоял не один, было полно любопытных. Всем было интересно, как будут валить человека. Народу собралось неприлично много. И если бы Саша был наивнее, он мог бы подумать, что не станут они при людях. Ну, побоятся последствий или еще чего-нибудь. Но он хорошо знал это тип «отморозков». Да и что для них люди? Тогда, выходит, хотят тебя грохнуть, например — беги к людям, и все будет нормально.
Саша был уверен, что это вряд ли сработает.

— Дима! — позвал Саша — можешь дать ребятам $200, Олег потом вернет тебе?
Дима поспешно вынул деньги и дал их Саше. Тот повертел их в руках и протянул Гоше.
Гоша взял деньги и положил их в карман.
— Порви! — уверенно и громко сказал ему Саша.
— Зачем? — не понял Гоша.

— Если ты заберешь их, выйдет, что весь этот цирк вы устроили из-за денег.
— Ну и что?— не понял Гоша.
— Это уже другое дело! — в голосе у Саши зазвучал металл.
— И что будет? — засмеялся Гоша.
— Посмотришь! — выдавил Саша, хотя на самом деле в этот момент он не знал, что именно увидит Гоша.
А тот развернулся и прошел обратно в клуб. Саша и Дима сели в машину к Олегу и поехали к нему домой. Всю дорогу Олег орал, какие они скоты, что отдали деньги, что он с детства играет и не собирается платить разным лохам.

— А с тобой,— сказал он Саше,— я вообще не разговариваю! — и отвернулся в окно.
Через пару часов он извинялся и говорил, что они — друзья навек.
После этого случая Саша заметил, что там, куда он заходил, с ним как-то излишне почтительно здоровались. Ему предлагали лучшие столы, а пару раз не брали денег.

Он ничего не мог понять, пока не узнал, что тех ребят — Гошу и трех его товарищей — застрелили у подъезда их дома уже через час после ссоры в клубе.
И многие очевидцы их беседы были уверенны, что это его, Сашина, работа. Вот уж точно «Россия — щедрая душа». За $200 убить четверых, по 50$за голову? И все считают, это возможно. И даже уважают.
Была история с кредитом, когда за полученный кредит знакомый банкир Олега не заплатил откат. И люди, которые помогали кредит получить, и которым предназначалась половина отката, выкрали посредника. Посредник этот был знакомым Саши, и Олегу пришлось уплатить, чтобы его отпустили.

Что-то похожее случалось каждую неделю. Швырял кого-то Олег. Швыряли его. Саше казалось, что Олега все-таки чаще. Во всяком случае, денег он Саше не платил. Хотя Саша к тому времени работал в фирме у Олега в должности «старший, куда пошлют». Правда, Олег всегда платил за ужины, обеды и развлечения. Их девушки подружились. И, если не считать отсутствия денег, в остальном все было хорошо и даже весело.

Как-то они поехали в Египет. В огромном «ИЛ-86» летело много разного народа. В одном салоне с ними сидела бригада мужиков — человек пятнадцать. Все они были здоровенные, пили водку стаканами и громко ругались матом. Это были какие-то строительные начальники, награжденные загранпоездкой за производственные подвиги.
Олег не мог открыть коньяк и сказал Саше:
— Попроси ножик у мужиков.
— У вас ножика не будет?— как можно более миролюбиво спросил Саша у одного из тружеников. Тот махнул ножом-бабочкой перед лицом у Саши.
— На, не проеби! — сказал он презрительно.

— Как можно? Я тут же верну,— попытался пошутить Саша в ответ.
Они открыли бутылку и вернули нож. Выпили. Где-то в средине полета Саша задремал. Он не помнил, от чего проснулся, но, когда открыл глаза, увидел следующую картину. Олег о чем-то шепчется с Юлей. Потом встает, обходит салон. В «Иле» кресла стоят тремя рядами. Они сидели в правом ряду, работяги в левом, и, чтобы дойти до них, нужно было дойти до начала салона, пройти через «бар» (такая раздаточная напитков). После чего Олег оказался у левого ряда. Он подошел к самому крупному товарищу, по повадкам начальнику. Олег ничего не сказал, а только со всего маха кулаком влепил тому человеку в челюсть. Тот не очень «удивился», медленно встал и прижал Олега к себе. Тот еще успел пару раз ударить, но ему опять не удалось произвести нужное впечатление. А человек прижал его таким борцовским захватом — и все. Саша как-то сразу понял — Олегу пиндыр. Человек его не просто держит, а душит, и задушит очень быстро. Еще он понял, что обходить салон по следу друга — нет времени.

Саша не помнил, как пришло решение, но он вскочил на сиденье среднего ряда и по спинкам добежал до сладкой парочки. С кресел на него непонимающе смотрели пассажиры. Все дальнейшее заняло секунды. Когда он добежал, голова начальника оказалась на уровне его ног — он ведь стоял на полу, а Саша на спинке кресла, для устойчивости руками держась за потолок. Не вступая в лишние дискуссии, он пробил по голове начальника ногой, как по мячу в футболе. Этот удар произвел больше впечатления, но Олега начальник не отпустил. Только чуть ослабил хватку.

Саша пролез между ними и изо всех сил толкнул начальника в грудь. Олег, видно, в это время зачем-то схватил начальника за ухо. Оно оторвалось от головы, но не до конца, а держалось на нижней части. Начальник схватился за ухо и с воем побежал в нос самолета. Его команда притихла и с ужасом смотрела на Сашу и Олега. Видно, авторитет одноухого был настолько велик, что люди, повергшие его, вызывали у подчиненных суеверный ужас.
— Если вы не сядете на место, вы узнаете, что такое египетская тюрьма,— прокричал подбежавший стюард.
Дедушка — А ты узнаешь, какая у них реанимация! — ответил Саша.

На этом беседа закончилась, и продолжения не получила. Потом Юля (девушка Олега) рассказала, что начальник поймал ее у туалета и пытался туда затащить. Но был более ласков, чем с Олегом, и ей удалось вырваться. Все сильно возмутились и сказали, что правильно сделали, что оторвали гаду ухо, надо было оба. На обратном пути они опять встретились с бригадой работяг. Летели обратно в одном салоне. Но в этот раз все были трезвы и сидели ниже травы, как говорится. А через месяц после этого в одной компании парень рассказывал, как его отца и пятнадцать его сослуживцев избили какие-то беспредельные бандиты прямо в самолете.

— А батя у меня такой здоровый,— говорил тот парень,— и мужики не слабые. А те вдвоем?! В общем, чудом ушли!
— Да,— сказал тогда Саша,— бывает же такое!
А сам подумал: так, наверное, рождались мифы о Геракле и трех богатырях.
Время шло, и все было по-настоящему. Правда, денег было мало. На фирме у Олега постоянно были проблемы. А тому все было нипочем, он развлекался на полную катушку.

Как-то они ехали на работу. Были какие-то дела в Химках. «Кадиллак» Олега медленно тащился по МКАДу. Пробка была нечеловеческая. Вдруг Олег прижался к обочине и заглушил мотор:
— Послушай, Саня! Что-то я спать хочу. Давай поспим часик? — сказал Олег и посмотрел на товарища.
Спать в машине на МКАДе, когда в Химках их ждут люди? И так опоздали.
— Давай я поведу, а ты спи,— сказал Саша.

— Не, я не могу! — ответил Олег — у тебя мало опыта. Ты сколько машин разбил?
— Ну, ни одной,— как бы оправдываясь, сказал Саша, сам при этом сильно удивляясь, чего стыдного в том, что он не разбил ни одной машины.
— А я шесть! — Олег произнес «шесть» с таким достоинством, как будто это число является подтверждением некой великой тайны. И Саша к посвященным не принадлежал.

После этого Олег откинул спинку и тут же уснул, правда, на два часа.
О его отношении к автотранспорту стоит сказать отдельно. Было несколько историй, которые Саша видел сам, и если не рассказать их, можно совсем ничего не рассказывать. Несколько лет Олег занимался подержанными иномарками из США.

От этого периода у него осталось несколько машин. И с каждой случилась история, достойная отдельного рассказа.
Как-то Олег решил продать свой «Кадиллак». Он снял его с у чета, подготовил и ждал оплаты со дня на день. Сам начал ездить на синем «Шевроле Каприз». Такой огромный и уродливый, в Нью-Йорке такие такси, только желтые. Возвращаясь ночью с очередной пьянки, он влетел на этом «Капризе» сзади в Камаз. Влетел так сильно, что выбил Камазу задний мост. Еще он умудрился пробить головой или еще чем-то (Саша уже не знал, как это у Олега вышло) подушку безопасности. Саша ехал за ними и видел все своими глазами. Олег выскочил из машины и, размахивая руками, подбежал к товарищу. Лицо его было в крови, стало очень страшно, но тут Олег что-то проговорил неестественно тонким птичьим голосом. Голос был настолько смешным и писклявым, что Саша и все, кто были с ним в машине, упали на дорогу и несколько минут не могли подняться от хохота. Это сейчас каждый умеет набрать в легкие гелия из шарика и пропищать что-нибудь, а тогда это был редкий аттракцион. Кровь оказалась из носа, и больше никак Олег не пострадал.

На этом все не закончилось, он взял номера от «Каприза» (синего) и поставил их на «Кадиллак» (золотистый). Так он проездил года три и, по его словам, всего пара гаишников обратила на это внимание.
«Ягуар-купе» он продал за $3000. Саша сам отогнал его покупателю и забрал деньги. Олег сказал, что накрылся движок и нужно срочно избавиться от машины. А покупатель починил все и продал «Ягуар» за $25 000. Все бы ничего, но в номере на кузове не соответствовала одна цифра. В документах было 7, а на кузове 1. И когда новых владельцев жестко принял ОМОН (они были чем-то недовольны, и им очень конкретно объяснили, что не стоит так явно выказывать свое недовольство), в общем, когда эти люди выписались из больницы, у Олега появился «Ягуар» за $25 000. Они так и не нашли человека, продавшего авторитетам «Ягуар», а движок действительно скоро накрылся.
Был еще случай с «Кадиллаком» и зайцем. Олег ночью сбил зайца. Он жил за городом, в пансионате. Когда возвращался домой, заяц сам, по словам Олега, прыгнул ему под колеса.

— Не пропадать же мясу! — рассказывал Олег. Он долго искал зайца в темноте, а когда нашел, бросил убитого в багажник, а дома в морозильник. И у же почти лег спать. Но вдруг подумал, что если не снять шкуру, то завтра сделать это будет труднее. И он мастерски ловко освежевал несчастное животное.

Утром его разбудил дикий крик. Кричала девушка Олега. Спросонья он ничего не понял. А когда нашел ее на кухне и начал успокаивать, девушке стало совсем плохо. Дело все было в зайце. Вернее, в его следах. Когда девушка Олега вышла утром, на кухне она увидела жуткую картину. Вся кухня: собственно шкафы, стены, пол и даже потолок — была в крови. Были видны следы рук и даже ног. А когда появился Олег с черными от крови руками и забрызганным лицом, чувства покинули девушку окончательно.

Саша не знал, жив ли был заяц в тот момент, когда Олег сдирал с него шкуру. Но, судя по следам борьбы, да. А Олег был в тот вечер очень сильно уставший и, не заметив ничего, так и лег спать.
Еще Олег очень любил азартные игры. Все, во что можно играть на деньги. Как-то он познакомился, кстати, в том же спортклубе, с милым парнем. Тот пригласил их к себе в Завидово на рыбалку. Когда ехали в Завидово, выяснилось, что Олег забыл узнать точный адрес. Просто Слава из Завидово. Это оказалась огромной закрытой зоной, что-то вроде заповедника. Там был с десяток деревень. Олег спрашивал у всех Славу на красном джипе. Оказалось, много народа ездит на красных джипах. Попался Слава Ширвиндт и еще человек шесть. Уже вечером дорогу преградил шлагбаум. Три солдатика-срочника охраняли его от невидимого врага. Олег хотел договориться, чтобы его пропустили. Военные отказались — в 100 метрах от шлагбаума была ельцинская дача. Вдруг Юля назвала одного из них по имени. Игорь, кажется, Саша не помнил. Оказалось, это ее бывший одноклассник. Такой ушастый пацан, на вид ему было все 18 лет. Они смеялись, что-то и кого-то вспоминали.

— Ну что, Юля, поедем? — подошел Олег. Игорь как-то странно посмотрел на 40-летнего ухажера одноклассницы. Он попрощался и пошел к своим товарищам. Те что-то спросили, он ответил. Было далеко, и говорили они негромко, Саша услышал только одно слово: «Сука!»

Славу они все-таки нашли. И рыбалка была! Рыбы поймали немного. Как оказалось потом, это была не главная тема дня. Паренька звали Слава. Славный такой этот Слава вместе с товарищем начали играть с Олегом в карты. Есть такая нехитрая игра — Деберс, кажется. Саша не любил игры на деньги.
— Интересно. И не проиграешь много! — сказал Олег уверенно.
Итогом их ночного противостояния стала смешная сумма $18 000 США, что само по себе удивило и озадачило Олега.

Саша не знал даже, чего было больше — удивления или озадаченности. Денег тогда у Олега не было, и он решил отыграться. Вторая встреча произошла в офисе у Славы и длилась целую ночь. Итогом реванша стала сумма в $40 000, и еще Слава сказал, что, если Олег не расплатится до конца месяца, его, то есть Олега, «почикают». На жаргоне это значит «порежут ножом, но не насмерть».

Где нет восемнадцати тысяч, там нет и сорока, как это можно было логично заключить. И Олег сильно задумался. Всеми стараниями он собрал десять тысяч, больше взять было не откуда.
— Что делать? — спросил он у Саши.
Саша и сам уже думал над этим вопросом.
— Есть вариант. Только если ты опять не начнешь рассказывать о карточном долге чести! — сказал Саша. — Они аферисты, шулера! О какой порядочности может идти речь? Да хоть и о порядочности. Денег-то нет? Так что, под ножик пойдешь? — Он даже не спрашивал.

— И что делать? — спросил Олег.
— Расскажи все Роме! — сказал Саша.
Встреча со Славой была назначена в «Пенте» на 19.00. Он не опоздал, был очень доволен и вел себя очень нагло. Саша с Олегом встретили их с другом-шулером на входе и зашли в холл отеля. Там их ждал Рома, друг и «крыша» Олега, со своими ребятами. После переговоров, которые длились около минуты, Слава с товарищем полу чили пять тысяч, и были отпущены. Они были очень рады, что так легко отделались, и энергично жали руку Олегу.
— Все нормально, Олежка, — говорил дрожащим голосом Слава, — никаких проблем. Тема закрыта.
Остальные пять тысяч забрал Рома.

— Обращайся в любое время, — сказал он и похлопал Олега по спине, как старший мудрый брат несмышленого первоклассника.
Саша посмотрел на Олега. Тот открыл у же рот, явно намереваясь попросить еще что-то.
Саша отрицательно покачал головой, и Олег закрыл рот.

— Денег хотел попросить? — спросил Саша, когда они вышли на улицу.
— Ну да! Я же все им отдал, у меня даже ста долларов нет! — Олег уже произнес это так уверенно, что Саша понял — он уже забыл о тридцати тысячах, которые не знал где взять и которые ему за одну минуту списали. Саша ничего не сказал, только покачал головой, как бы удивляясь такой наглости друга.

Шло время. В стране началась приватизация. Настали «сладкие» времена для спекулянтов и аферистов всех мастей. За жалкие гроши в те годы можно было скупить акции и получить огромные предприятия, а значит, богатство.
Как-то к Саше подошел один знакомый парень. Они виделись пару раз.

— Слушай, Саш, ты у меня насчет работы спрашивал? — спросил Миша, так звали нового знакомого.
У Олега Саша числился только номинально, денег он не получал уже полгода, и было не понятно, на что они с подругой живут.
— А что делать? — ответил он вопросом на вопрос.

Новая работа была в Сибири. Нужно было организовывать офисы, которые у населения скупают акции нужных предприятий. Потом эти акции собирали в так называемые «пакеты» — это количество, кратное процентам уставного капитала завода, скажем. В этом случае цена возрастала в несколько раз, а в некоторых ситуациях на порядок. Тогда пакет акций втридорога продавали заинтересованному лицу. Саша включил все свои способности. Когда конкуренты покупали по 5—10 тысяч акций в месяц, он закупал 15 тысяч в день. В ход шло все: от «Жигулей» каждому сотому продавцу до подставных проплаченных агитаторов из пролетариев, которые за деньги приводили своих товарищей в его, Саши, офис.

Саша стал ведущим специалистом своего банка, начал прилично зарабатывать. В Москве бывал нечасто, а когда бывал, было не до гуляний. Работа захватила его, и с Олегом он виделся мало. Олег, правда, говорил, что не обижается, но что на самом деле было — непонятно.

Как-то он позвонил и предложил встретиться:
— Есть разговор! Серьезный, — сказал Олег.
Какие у Олега дела, Саша у же привык, но все-таки встретился. Олег рассказал, что с одним своим другом купил банк.
— Я предлагаю тебе возглавить отдел ценных бумаг! — сказал он важно. Еще он предложил 30% от прибыли. Саша получал у Миши 0,6% от оборота, а прибыль доходила иногда до 200% в месяц.

— Меня все там устраивает, — сказал Саша, — но если вам нужна помощь, могу проконсультировать.
Конечно, если честно, он сливал Мишину информацию Олегу. Правда, с другой стороны, в каждом интересном городе было 15—20 конкурентов минимум. Так что одним больше, одним меньше, на самом деле было все равно. Все усложнялось каждый день.

Как-то Саша пришел на работу. Ему показалось странным, что с ним не поздоровались ни охрана, ни секретари.
— Зайди ко мне, — как-то зло сказал Миша. Миша был сыном академика. Сказать, что он был мажором — ничего не сказать. Его одноклассницы были известными актрисами. Жена была родственницей Генсека. Такой он был, Миша.
Саша зашел в кабинет.

— Ты что, в ВитБанке работаешь? — спросил Миша.
Врать не хотелось — он ведь не просто интересуется, донесли уже.
— Я их консультирую. Иногда. Там Олег учредитель, ты его знаешь, — сказал Саша.
Миша долго и внимательно смотрел ему в глаза:
— Прочитай, — он протянул какую-то распечатку.
Это был список банков. Саша увидел ВитБанк. В строке «Директор фондового департамента» стояли его Ф. И. О.
— Не знаю, зачем он это сделал! — сказал Саша, он и вправду не знал.
— Ты у нас больше не работаешь. Не обижайся, — сказал Миша и всем своим видом показал, что аудиенция закончена.

Олег что-то врал. Что это не он, что он не думал даже. А в конце признался:
— Я хотел, чтобы ты был с нами.
Так Саша оказался втянут в болото ВитБанка. Они занимались всем, чем можно, кроме работы.
Управляющий почти открыто саботировал его проекты. Причем делал это с иезуитской изощренностью. Вначале он давал часть денег на приобретение пакета, а когда оставалось чуть-чуть, чтобы закончить, говорил, денег в банке нет.

Сам при этом выдавал кредиты, половину из которых не возвращали. Акции тем временем дешевели, и Саше с большим трудом удавалось реализовать их без убытка. Действия управляющего банком поддерживал второй учредитель, Валера. Такой старый мудак из бывших совковских руководителей. Таких «людей» в жизни встречаешь часто. Не потому, что их большинство. Просто их встречаешь, и эти встречи никому не на пользу. Наверное, у каждого, кого в жизни предали или подставили, одним словом, лишили иллюзий о человеческой порядочности, есть такой Валера.

— Должно быть здоровое противостояние, — говорил он.
И в один прекрасный день Саша вернулся из командировки по Уралу. В банке с ним не поздоровался охранник. Саша не стал ждать, пока его вызовут.

Олег долго объяснял, что было собрание акционеров и управляющий обвинил Сашу в отсутствии прибыли. Валерик поддержал управляющего, и они приняли решение его, Сашу, уволить.
— А ты промолчал? — спросил он у Олега. Тот ничего не ответил.
Так в один день Саша потерял и работу, и друга. Он ни о чем не жалел. ВитБанк прогорел. Управляющий украл в итоге все деньги. А у Саши теперь свой бизнес, и все в порядке. Только с людьми он стал сходиться трудно и в спортклубах ни с кем не знакомился. Кроме девушек, конечно. С Олегом он потом помирился, и они нормально общались, пока Саша не расстался со своей девушкой. Та дружила с женой Олега. Вместе они организовали коалицию, и с Сашей перестали общаться все его друзья, у которых были жены. Эти, так называемые друзья, по наивности считали, что они сами решают, с кем дружить и к кому ходить в гости. На самом деле, они давно ничего не решали. А может, им было это и не надо. Ведь в каждом живет ребенок. Этому ребенку кажется, что он вырос и хочет стать самостоятельным. Но это только кажется.

Когда-то, когда Олег поругался со своей Юлей, он сказал Саше:
— Если ты будешь с ней здороваться, я тебя знать не хочу.
— Зачем такие крайности? — не понял Саша.
— Затем, что если ты мой друг, то должен поддерживать меня, а не мою телку. Понял?
— Я-то понял, но здороваться-то можно? — не сдавался Саша.
И вот теперь этот человек говорит ему:
— Я не могу тебя позвать. Юля против.

И тут он прав. Юля наверняка против. А когда-то давно на ее дне рождения она поругалась с Олегом, и тот выгнал ее из ресторана. Юля плакала, хотела ночью ехать куда-то на Таганку. Саша отвез ее, а на обратном пути его остановили менты. Это даже не был обратный путь. Их остановили у самого Юлиного дома. Предложили съездить на экспертизу. С тех пор Саша не любил само слово «экспертиза». С алкоголем все было нормально, он не пил. Но итогом этого, теперь ненавистного, действия стало лишение прав. А когда он возмутился, ему так вломили! Спина была вся в черных полосах от ментовских ботинок. Как много людей в нашей стране знакомы с этими ботинками не понаслышке!

— Как же я с тобой рассчитаюсь? — спросила Юля.
И вот рассчиталась. Выходит, прав был боец-одноклассник. Устами младенца…
Было неприятно, но в то же время как-то все равно.
«Если им так хочется… В конце концов, их праздник», — думал Саша.

Не зря Олега многие зовут дедушкой. Может, у него маразм? А стариками всегда командуют жены.
Прошло несколько месяцев. Как-то вечером Саша зашел в «Смоленский пассаж». Он стоял и что-то разглядывал в витринах на втором уровне. Вдруг внизу послышался знакомый голос. Саша перегнулся через перила. Между лестничными пролетами на площадке первого этажа был устроен магазин по продаже спортивной формы олимпийской сборной России.

Посредине этого отдела стоял Олег и громко ругался, вернее, он даже не ругался, просто так разговаривал, наверное:
— Пидорасы! Что за цвета? А нет, не красного? — говорил он, и было видно, что дедушка выпивши.
— Потише, товарищ! А то выведут, — сказал Саша сверху.
Олег поднял голову, одновременно роняя на пол сигареты и телефон.
Его лицо расплылось в довольной улыбке. Саша спустился к нему на первый этаж.

— Олимпиада вроде кончилась! — сказал он, здороваясь.
— Я на лыжах еду, в Куршавель! Хочу форму купить красивую, — и тут же переключился на продавца. — Пидорасы! Почему такие петушиные цвета?
Он как-то весь постарел, сморщился. На худой шее торчал острый кадык. И еще у него начали расти усы и бородка.
— «Ты уже большой, Агапит. У тебя растут волосы», — сказал Саша фразу из «Отроков во вселенной» и потрогал Олега за редкую щетину. Они оба засмеялись.

— Пойдем в бар, я угощу тебя, — потребовал Олег, когда все-таки купил форму.
Они сидели в какой-то пиццерии. Олег заказал ром. Саша не пил уже три года и заказал воду, Олег был в курсе и не сильно удивился. Разговор не клеился. Через полчаса они поднялись.
— Ну, давай. Счастливо покататься, — сказал Саша.

— А ты знаешь, — как-то вдруг сказал Олег, — Ольги твоей новый муж кинул меня на 1,5 лимона.
— Это из-за которой ты меня не смог пригласить? — спросил Саша.
— Ну да! — сказал Олег.
— Теперь знаю. Но тебя мне не жалко.

Комментарии:

Оставить комментарий
вверх